Вера Дробинская. Тихие рассказы. Церковь. Часть 1.

          Когда-то давно один человек сказал мне – ты должна записывать все, что с тобой происходит, это пригодится тем, кто потом пойдет этой же дорогой. Тогда я думала, что писать это не для меня. А если кто и пойдет той же дорогой, то я упрошу милосердного Господа и просто приду и буду рядом с этим человеком на всем пути.
          Но, с тех, пор много изменилось, – я стала матерью детям, которые очень больны, и которые много пережили – нам нужны деньги, чтобы выжить и вылечиться. Появилось много-много людей, идущих тем же путем – я не смогу быть со всеми рядом, пока я еще жива. Я решила, что надо писать. И чтоб заработать, если получится, и чтоб не забыть милосердия и помощи Бога, и чтоб избавить от одиночества многих, идущих похожим путем.
          1993 год. Полгода назад неожиданно умер мой отец. Я посчитала, что нехорошо маме быть одной – и вернулась в Астрахань из Ельца, где работала детским врачом в родильном доме. Страна медленно открывала границы. Мы с сестрой съездили в Тэзэ – общину во Франции, где принимают людей, дают возможность побыть в тишине и молитве и общаться с теми, кто приехал туда. Мы ездили автостопом. Опыт дороги, когда ты не знаешь, что тебя ждет, много добра, чудес, волшебной помощи – этот опыт был очень сильным. Дорога это вера для меня. Я очень сильно хотела показать людям, как это бывает – стоишь один ночью в чужой стране без всякой надежды...а через пару минут совершенно посторонний человек приходит и помогает тебе так, как будто он твой родной любящий отец, или мать, или брат. Я хотела показать людям из России церковь, которая все время открыта, и в которой все время горит свет. И там тебя ждет Бог. Всегда.
Я сказала, что поеду опять автостопом в Тэзэ, и что я возьму с собой каждого, кто захочет поехать. Захотели восемь человек. Удивительным образом братья из общины Тэзэ согласились нас пригласить. Это было необычно, они предпочитали организованные группы.
      Read more...Collapse )
Buy for 20 tokens
Книга вышла в издательстве Ridero. Эти стихи мы уже печатали в нашем совместном, с Татьяной Крымовой, блоге. Теперь это официальное издание. Это дань памяти нашему другу. Приобрести электронный или бумажный вариант можно по ССЫЛКЕ.Книгу можно купить так же на litres.ru и ozon.ru.

Ната Сучкова. Съел я, боженька, конфетку

Намотали километры, и сигналят у дверей:

– Съел я, Боженька, конфетку, накажи меня скорей!

Намотали километры, чей Харлей без тормозов?

– Съел я, Боженька, конфетку, посмотри скорей в глазок!

Намотали километры, баки полны детских слёз:

– Съел я, Боженька, конфетку, и тебе ещё принёс!


В церкву едут поутру все интеллигенты (с).

          Противники Трампа, как и Противники Зеленского, очень похожи: Зе еще не през, но уже кричат "Караул! Это Путин!"
          Когда в госдуре идиоты за Тремпа шампусик лакали, ФСБешник мне говорил, мол пиздец, то есть мы победили, Трампнаш! Теперь, ясный хрен, снова Омерику ненавидит: налоги там реально снизились для большинства, безработица упала до исторического минимума, переговоры с Кимом идут, без совковых понтов, а в Кремль, тем временем, талибан прикатил за георгивской лентой. Союзник России - хезболла (Брежнев, культивировавший подобное дерьмо, в гробу перевернулся, и не раз). Но, для интеллигентов, Трамп все равно гнида.

День конвоира

                     

          Отпразднуем? Хотите сказать, мол, это палач, а конвой - это честные трудяги-псиновцы?

Введенский, по документам, от пневмонии умер (там пол-поезда от пневмонии, близ Казани). Прадед мой тоже сам по себе погиб. Время было такое. Конечно. Сегодня время иное:



В Норвегии даже у Брейвика есть права. В России остался только день конвоира.

Про либералов и про Гоголя

          Обожаю я наших либералов. Не тех, которые борцы диванные, навроде меня, а самых что не на есть настоящих, которые реально за свободу борются. Я ими застой желчи лечу. Не ими конечно, а их постами в ФБ. Прочту иногда, и сорбит с магнезией глотать не надо – желчь из всех щелей летит.
          Напишут какую-нибудь херню, да так смачно, что тут же сами в нее и уверуют. Вот одна дама пишет вчера в каммент весьма уважаемому мной человеку, что мол народ у нас нормальный, ну, ясен пень, за очень редким исключением и что ездила она по некоторым регионам (это про выборы) и да – некоторые за деньги голосовали (или вбросами занимались – дама не уточнила) а, апосля, к ней подходили и извинялись, мол прости ты нас, сирых! Денег у нас нет!
          Стоит Герасим в лодке, собачку держит, и, вдруг, как заорет по-человечьи:
- Прости меня, Муму!
          И народ у нас пробуждается помаленьку. Активисты на согласованные монстрации выходят, чтобы демонов не вызывать лишний раз. Да не одни выходят, а с плакатами! А менты тоже попиариться хотят, и выписывают активистам сперва пиздюлей, а потом по 15 суток со штрафами. После оба лагеря празднуют победу: активисты над силовиками, ведь боятся их силовики, потому и пиздют, как котят. Менты же получают заработанные в «горячей точке» премии и надеются, что из служебного жилья их не выкинут по достижении пенсионного ментовского возраста.
          Помните, Хемингуэй про детские ботиночки короткий рассказ писал, а у нас получается сказание о пробуждении россиянского народа: «Проснулся Гоголь в гробу». И нефиг кивать, что Гоголь украинец. Хемингуэй бы прочел, и загрустил...     
Tags:
Вера, дети

Вера Дробинская. Тихие рассказы. Мои дети. Мира.

        “Просите, и дано будет вам...”
        Всю жизнь размышляю над этими словами. Почему Он так сказал? Ведь так часто не дается по нашим просьбам. Самые важные просьбы очень часто остаются как без ответа. Почему?
Но я хочу рассказать и про случаи, когда молитва была услышана. Потому что это важно очень, не менее, чем все остальное.
Меня упрекают, что я много пишу о вере и молитве, но это просто часть реальности. Если промолчу, совру. А я не хочу врать. И сейчас даже и сочинять ничего не хочу – жизнь удивительнее любых сочинений. Конечно, я никого не хочу обидеть, но на вопрос, верю ли я в Бога, я давно отвечаю, что знаю, что Он есть, и знаю, что Он всемогущ, милосерден и бесконечно любит нас.
        Я уверена, что в жизни каждого человека есть его собственное Евангелие, которое Бог шлет ему, только ему. И оно не менее важно, чем те Евангелия, которые читают в Церкви, как одна жизнь и душа не менее важны, чем все жизни и души вместе взятые.
        Молодая женщина в Астрахани познакомилась и вышла замуж за африканца студента. У них родилась дочка, необыкновенная красавица, темные вьющиеся локоны, огромные глаза, очень хорошо развивалась, умница. Я помню, как ее крестили в католическом храме в Астрахани. Отец гордо держал ее на руках, всю в белом, в длинном и кружевном, летом в воскресенье. Потом он накрыл стол в приходе, как на свадьбу.
        А потом он уехал на родину на время и исчез. То есть, он был жив, но на связь с семьей не выходил. Женщина осталась одна с темным ребенком, вернулась к родителям, ей много упреков пришлось выслушать от них, что она вот неудачница, не слушала родителей, они ведь ей говорили... Но Миру все любили, называли не иначе, как “Мирушка наша”, наряжали, учили. На всех конкурсах в детском саду она была звездой. И вот ей было четыре года, был июнь и адская жара в Астрахани, она пришла из садика и сказала, что болит головка, сразу уснула. А утром она была в коме и судорогах, одна непрекращающаяся судорога. Ее увезли в больницу. Мы узнали об этом в августе, мама не так часто ходила в церковь после отъезда мужа.
Один раз я пришла в католический храм днем, я любила это делать, храм был открыт, можно было молиться в тишине перед Святыми Дарами. Никто не мешал.
 

Read more...Collapse )

Вера, дети

Вера Дробинская. Мои дети. Женя. Маленькая история про маленькую победу.

                                                                                 

          Женя прожил у меня всего три месяца, но я его считаю своим ребенком.
Эта история напоминает голливудские фильмы. С обязательным хэппи эндом.
Был 2001 год, мы помогали в отделении отказников, нас там любили, рассказывали про всех сложных детей, часто просили о помощи кому-то конкретному.
          Я увидела там совсем маленького ребенка с огромным животом с растянутой кожей. Он лежал на боку, выгнув голову назад, белый, как мел, каждый вдох был подъем на Эверест, не меньше. Он лежал на кислороде и под капельницей, но в обычной палате. Заведующий сказал, что этот ребенок родился без передней брюшной стенки, кишечник был снаружи. Он сказал, что хирурги уверены были, что он умрет, и оставили его на три дня просто лежать. “А он живет и живет, ну надо же хоть что-то делать”. И хирурги просто растянули кожу на животе с помощью насечек и натянули ее на кишечник, прикрыв его. Позже в Австрии мне сказали, что как временная мера в экстремальных условиях это вполне оправданно.
Мы приводили знакомого священника в отделение, помню, он тихо охнул, увидев Женьку, но крестил его, сказав, что Евгений отличное имя.
      Read more...Collapse )

Помочь Вере Олеговне Дробинской денежкой:

Карта Сбербанка: 4276 8050 1736 2980
Яндекс деньги: 41001283359963
PayPal: verasreten@yandex.ru


Вместо тысячи слов.

        Уж надоело талдычить: День Победы это не праздник. Это день поминовения невинно убиенных. Все постоянные читатели этого блога знают мою нескрепную позицию. Слишком велика цена этой победы. Сорок миллионов. Блин. Только вдумайтесь - СОРОК МИЛЛИОНОВ ЖИЗНЕЙ!
          Пусть победорасы хоть хрены себе власовской лентой обмотают. У нас "свобода выбора" - кому-то хлеб, кому-то зрелища, Рим хренов.
          Давайте, ребята-девчата, сегодня по рюмочке. За всех, кто вернулся и не вернулся. Сегодня можно.

        Булат Шалович Окуджава воевал, был ранен. Демоболизован в 1944-м по состоянию здоровья. Только тогда получил аттестат о среднем образовании. "...Отдельный 10-й наш десантный батальон", это не для красного словца. Почитайте биографию поэта. Кстати, как подавляюшее большинство фронтовиков, о войне он не расказывал. По крайней мере я таких рассказов у него не читал...
Сейчас. Подождите... Я достану пластинку...



Давайте выпьем, ребята-девчата...

Гром среди ясного неба

          Просыпаюсь сегодня, честно говоря, с большого бодунища, и слышу - гром гремит, дождь хлещет, а небушко чистое практически. Испужался я сильным страхом. Думаю, мол все. Допился, батян! Сейчас черти в окно полезут! А потом вспомнил, что сегодня День Победы и что в Москве тучи гоняют, аж на четыреста с лихером миллионов рэ. Полегчало мне на душе, и лицо озарилось улыбкой. А вот собакам моим не полегчало - собаки грозы боятся. Я ее тоже боюсь, но, во первых - я дома. Это когда я на улице в грозу попадаю, так сразу становлюсь верующим, и молюсь, мол Господи, помилуй! И второе, наверно главное: раз тучи за такие бабки гоняют, то дождик, сука, должен быть золотым. Хоть по мировым меркам это и копейки, но для нас, россиянцев, это о-го-го!
          А еще вспомнилось, что впервые, широкомасштбно, так сказать, тучи гоняли на олимпиаду в 80-м году. Тогда пиздец, какое у нас лето дождливое было. Я помню. Я тогда не бухал, в десять-то годков. И, как раз тогда, точнее, с того года, и начались всякие потепления глобальные, и прочая херня.
          Москва, конечно, в масштабах нашего шарика, это прыщик на жопе, однако так случилось. Вот и думаю теперь, может не стоило Боженьку за усы коммунистам дергать? Как считаете?