Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Заметки эстета. Александр Вертинский

    Правила хорошего тона гласят, что по утрам в соцсетях надо котэ постить, и желать всем доброго утра, и хорошего дня. Но на то они и правила, чтобы их нарушать. Водку с утра лакать тоже не положено, однако льется, зараза.
    Трагифарс, на мой взгляд, один из сложнейших жанров, причем во всех искусствах. А в песне и подавно - песня краткий жинр, требующий необычайной точности.
Мастер трагифарса в песне, невероятный и неповторимый, был, на мой взгляд, один - Александр Вертинский. В Британии есть еще изящнейший Брайан Ферри, но это несколько иное.
    Одна из вершин, если не сама вершина, это "Пикколо бамбино". Я не буду разбирать песню "по косточкам" - это бессмысленно - среди моих читателей нет неподготовленных людей. Давайте просто послушаем.
promo postoronniy_70 april 2, 2019 17:43 2
Buy for 20 tokens
Книга вышла в издательстве Ridero. Эти стихи мы уже печатали в нашем совместном, с Татьяной Крымовой, блоге. Теперь это официальное издание. Это дань памяти нашему другу. Приобрести электронный или бумажный вариант можно по ССЫЛКЕ.Книгу можно купить так же на litres.ru и ozon.ru.

Григорий Марговский. С чистого листа

                                                                                   
          В жизни моей все складывалось крайне неудачно. В молодости я фанатично наяривал на скрипке, Спиваков пригласил меня в свой ансамбль, но по дороге, в поезде Минск-Москва, я встретил юную узбекскую красотку, влюбился и на Павелецком вокзале пересел в сторону бахчевых полей. Бухарская семья приняла меня с законным подозрением: женившись, я поначалу занялся рытьём арыков. Работа оказалась тяжелой, но мне было море по колено, энергия била через край, а Гюльчатай рожала девочку за девочкой. На четырёх дочурках мы решили остановиться, хотя меня уже назначили начальником департамента ирригации и мелиорации. Тут грянула перестройка, всех кафиров стали сажать в ямы и азартно забрасывать каменьями. Семья моей супруги бежала в Хайфу. Ну, и я с ними заодно.

      Устроившись флористом в магазинчик при бахайском храме, что высится на горе, откуда виден весь порт, я тихо-мирно составлял дивные букеты для мусульманских свадеб и иудейских похорон. Как вдруг выяснилось, что мой босс, угрюмый папуас со шрамом через все лицо, руководит местной наркомафией, я же - случайно, по оплошности, обнаружил в бюро бухгалтерскую книгу по выдаче доз... Вынужденный бросить семью, я впопыхах, паромом, уплыл ночью в Лимассоль, потом долго скитался по Кипру, пробавляясь случайными заработками. Одно время даже обитал в той самой горной хижине, которую, по легенде, облюбовал останавливавшийся здесь когда-то Артюр Рембо. Но в одной из греческих деревень, после сбора винограда, я решил сходить в баню, и крестьяне, увидев меня во всей красе, принялись орать: «Турок! Убейте его!» За мной долго гнались с вилами, в Никосии я нелегально пересёк пограничную заставу и уже через месяц попивал кофеек в Салерно, беседуя с местными интеллектуалами об Умберто Эко и влиянии додекафонический композиции на постмодернистский роман.

      Однако жизнь моя незаладилась и там. Я стал редактировать местную газету на украинском языке (которым, замечу, никогда не владел, но абсолютный музыкальный слух помог мне справиться и с этой задачей). Прелестная светловолосая дивчина, бывшая львовянка, лет двадцати пяти, работавшая корректором, сразу же привлекла мое внимание. Со временем выяснилось, что и моя скромная персона вызывает у неё неподдельный интерес. Мы тайно встречались глазами, постепенно вздохи переросли в охи и ахи, а те в свою очередь - в более резкое и убедительное звукоизвлечение, достигнув крещендо. Беда была лишь в том, что ее муж, итальянец, оказался усатым боссом всех городских карабинеров...

      Почему-то я никогда не сомневался в том, что рано или поздно мне предстоит очутиться в Бостоне. За четверть века, что я скитался, напрочь утратив навыки скрипача, забыв как канифолят смычок и как читаются ноты, все мои давние минские дружки, эмигрировавшие в Бостон прямиком, а главное вовремя, успели приобрести шикарные трехэтажные дома в Ньютоне, Порше, Хаммер и дачку на Кейп-Коде. Со мной они здоровались сухо и на порог не пускали, когда я, пыхтя, в юпиэсовской, цвета хаки, униформе, доставлял им рождественские или ханукальные посылки. Веня Гамарник, известный дирижёр, теперь возглавлял городской симфонический оркестр. Слава Альтшуллер тоже бросил музыку, как я, но зато открыл крупнейший на Восточном побережье магазин антикварных роялей. Я жил бобылем, с пятью пушистыми сибирскими котами, снимая крохотную комнатенку у грустного старика-индуса в гаитянском районе.

      Однажды мне пришла в голову светлая мысль. Я решил начать жизнь с чистого листа. В голове моей давно уже беспорядочно всплывали обрывки воспоминаний и фраз из пионерского детства. «Просто переведи старушку через дорогу - и вот увидишь, тебе начнёт фартить!» - убеждал я себя. На следующее утро, припарковавшись напротив Jordan Hall, всемирно известного концертного зала, куда меня не пускали даже в качестве слушателя, ввиду обтерханности моей десятидолларовой куртчонки с бомжевато приподнятым воротником, я замер на перекрёстке в ожидании ветра перемен.

      Первая старушка, которую я узрел, оказалась одутловатой негритянкой, при ходьбе складки ее вэлферного жира вальяжно переминались под блумингдейловской новомодной шубейкой из чёрного песца. «Благодарю за доброту, мой сладкий! - повторяла она, нагрузив меня десятью пластиковыми пакетами с едой. - Судя по твоему ужасному акценту, ты прибыл из России, которая, как известно, грубо подтасовала результаты наших выборов, из-за чего самый выдающийся президент США Барак Обама не остался править на третий срок?» - «Вообще-то я из Беларуси, - робко уточнил я, - а родители мои киевляне, Украина». - «Украина?! - гневно сдвинула она идеально выщипанные брови над накладными ресницами. - Но это ещё хуже! Из-за украинских политиканов наши чикагские «черные пантеры» теперь непонятно когда возьмут штурмом Белый дом!»

      Тем не менее я от альтруистических намерений не отказался. Следующей моей клиенткой, к счастью, была милая бабуся из Одессы. «Ой, таки тебе огромные спасибки, - радостно тараторила она, - я уж и не думала шо такое бывает. А то снегу навалило, здравствуй, жопа Новый год, как говорили на Ланжероне, я по сугробам еле тепаю. Но ты денег не возьмёшь, я надеюсь? А то я вот за это боюся. Теперь все понаехали, сам знаешь откудова. Ты ж нееврей, зачем приехал, спрашивается? Тебе там не сиделось шо ли? Восьмую программу все равно не дадут, не надейся». - «Да я еврей, еврей, вы так уж не переживайте, - успокаивал я свою чуть ли не землячку, - причём обрезанный и в совершенстве говорящий на иврите». - «О! - остановилась она как вкопанная. - Таки это для меня сюрпрайз! На Дерибасовской открылася пивная... Да шо ты мне мОзги компостируешь, ты ж нисколечки непохож! А по-еврейски тоже гутаришь? Шо, к примеру, означает а-Гициг паровоз?..»

      Последняя же моя попытка начать жизнь с чистого листа не увенчалась успехом настолько, что я едва не осел за решеткой. Увидев на Авеню Искусств пожилую сухощавую даму в золотой оправе, я грациозно расшаркался, по-английски предложил помощь и уже попытался взять ее под руку, как вдруг, ни с того ни с сего, пенсионерка (как выяснилось потом, в полицейском участке, миссис Мелинда Кавендиш, бывший следователь, чья обильная родня до сих пор выращивает клюкву в пилигримском Плимуте) ударом карате сбила меня с ног. Лёжа на тротуаре, я продолжал молить о пощаде, но храбрая ниндзя месила меня без разбору по почкам, печени и обоим предсердьям. «Скажи спасибо, что она не подала за изнасилование, а только за ограбление», - подмигнул мне улыбчивый рыжий ирландец, когда-то служивший под ее началом. Друзья-миллионеры так и быть скинулись и внесли нужную залоговую сумму. Я получил срок условно, зато мой грустный индийский лендлорд, пока я томился в предвариловке, исправно кормил пятерых сибирских котов.


"Что отуманилась, зоренька ясная..." и "Нiч яка мiсячна, зоряна, ясная..." История романса.

        Нашел наконец... Рекомендую всем прекрасную статью Валентина Антонова "Загадочная Нiч".
Я раз уже писал о романсе "Что затуманилась, зоренька ясная..." - мне ее мать пела, и меня  научила. Там был студенческий упрощенный перепев. Песня считалась или "народной" (тот, кто хоть раз этой темы касался, знает, что "народная песня", это советская выдумка - не таков был, да и остался, глубинный народ, не только русский. Все песни имели авторов, и авторы были отнюдь не из народа.), или студенческой. Это уж в 90-х вышел сборник русских песен и романсов, с указанием авторов. Вот так я и узнал про Вельтмана.

        У этого романса действительно особая история. Пересказывать не буду - почитайте статью. Она, кстати, смачная плюха русским нацистам.
А сейчас давайте Хворостовского послушаем. "Что затуманилась, зоренька ясная..." Потрясающее исполнение!

Порнофильмы. Это пройдет.

                                         
Кир Елистритов:
Раскушал наконец. Хоть "Ансамбль Христа-Спасителя и мать сыра земля" мне ближе, не за фашистские намеки, а за злобный сарказм ("Наши иконы" и "Убивай космонавтов" особенно). Я не могу дать ссылки на их песни - они почти все признаны экстремистскими. Меня или штрафанут, или посадят. Ищите сами. А "Порнофильмы", это круто! Честно.


Татьяна Крымова:
Сознаюсь, я не смотрю современные мультфильмы, знаю вот, например, название "Марвел", но кто там из этих героев в масках положительный, кто отрицательный я не в силах выяснять, да и зачем мне? А тут посмотрела "клип не авторский", и полная аналогия с ужастиками. Какие-то пришельцы с черными безглазыми головами хватают землян и волокут в инопланетный корабль. Страшные...

Это пройдет. Не авторский клип.

                                                                                         Кир Елистратов
                                                                                             Татьяна Крымова

Яна

          Слава Богу, про "русскую идею" никто в трезвом уме не вякает. А то ведь был популяр: то Майк "истинно русский", то Свинья. Есть еще группы людей, помешанных на "русском роке". Они толком наверно и не знают, что это такое, и с чем его едят, но русский рок для них, это ну как некая Мария, стоящая крестиком, для католиков. А уж ежели бард помер рано, или с собой покончил, то это вызывает "тройной виски".
Весь предыдущий абзац можно уложить в одну фразу: "Засрать можно все".
          Яну Дягилеву тоже так пытались, но не вышло - слишком мощна фигура. И общественное мнение, ёбнув стакан, решило, что Яну надо забыть. Пущай пипл ейного мужа, Летова, слушает. Летов безвреден для простуированного общества. Он "по верхушкам бегал", а Яна вскрыла внутренности. Потому и погибла рано, задохнулась. Говорят, что Летов ее пиздил по пьяни нещадно, но это не доказано.
          Яна вывернула наизнанку всю российскую жизнь. Ее можно было бы назвать русской Дженис, но это избито, пошло.

Симфония

Скажите, ребята-девчата: кто был первым рокером? Хейли? Литтл Ричард? Пресли, наконец? Нет. Первым рокером был Вольфганг Амадей Моцарт.
А кто стал "отцом" хеви метал? Оззи? Отчасти. Только где бы был сейчас Оззи, если бы не "летающая гитара" Рэнди Роадса? Хеви метал создали Бетховен,как ни странно, Бах, Стравинский, Шнитке, но, главное, Вагнер - именно его мотивы легли в основу современного металла.

Нашел на тубе запись Металлики с симфоническим оркестром Сан-Франциско. Дирежер, и композитор-аранжировщик, Майкл Кэймен. Запись длинная - два с половиной часа. Но ценители классики поймут - там только от Intro с ума сойдешь. Послушайте, рекомендую.


Наталия Стрельченко. Четыре года.



          Ну вот, Наташа. Уже четыре года прошло. Мы с Татьяной книжку твою издали, а ты и не увидела. Who's to say it's all for the best in the end. Встретимся, ты мне снова лекцию прочтешь о музыке. Никак не могу найти видео с "дыханием зала". Покажешь снова?  А потом мы с тобой за политику поспорим. Там, говорят, матом можно. А потом выпьем чего-нибудь, и все черти сами на сковородки прыгнут.)

        Спи спокойно, наш глазастый Горовиц. Мы тебя любим.

                                                                                                      Кир Елистратов
                                                                                                            Татьяна Крымова

Валентина Толкунова и выборы

Помню, в 80-х, Валентина Толкунова вела каую-то музыкальную программу. И, представляя там Елену Камбурову (Толкунова представляла Камбурову), сказала: "Эта певица поет умные песни".

Прошли годы, и в России появилось умное голосование...

Дело Нины Рогачовой. Centerfield

                                                     

          Неблагодарное это дело, писать обо всяких дураках черноваловых при власти. Хотя... Почему неблагодарень? Оно способствует самообразованию, да и сирых с убогими наставить на путь истинный может. Черновалова, это я не о тебе. Тебя на путь сей даже тюрьма не нагнет - ты и там передачки у сокамерников пиздить будешь. А остальным я расскажу историю...                Есть в английском, точнее, в американском языке имя нарицательное: Соул Зенц. Я специально пишу по-русски, потому как по-ангийски гуголь не находит. А ведь Зенц был очень крутым продюсером. Многие видели заставку его прокатной компании, которую он, отчасти, стырил у Коламбии. И вдруг нет его в поиске. Почему?

     Cennterfild, словечко американское. Английское писалось бы раздельно. Оно из бейсбола ихнего пришло - центральный напдающий, центровой. Одновременно это название песни Джона Фогерти. А еще это переводится, как как направление главного удара. Песня в 1985-м вышла, ежели мне память не изменяет. Ссылка на статью о Фогерти, Зенце и т.д. здесь. Прочтете и все поймете.  Фогерти, тогда почти забытая звезда, парой песен разорил целую медийную империю.
           Слы, Черновалова. Я тебя в двух абзацах оскорбил 5 (пять!) раз. И учти, что это артпоготовка. Иск забираешь, стройку прекращаешь, и живи, или я продолжу уже по серьезу. Нинку тронешь - в лагерную пыль сотру. Инструменты для этого уже наготове. Сутки на размысл. Время пошло.